Беседовал Алексей Шилкин
Фото Михаил Геллер

Размышления о том,
нужно ли брать с собой фотоаппарат,
отправляясь в поход или туристическую поездку, и
что из этого может получиться

Это кажется совершенно естественным. Однако привезти из поездки нечто большее, чем фотокарточку для семейного альбома, способны очень немногие. Можно сказать больше: для получения кадра выставочного уровня (а тем более мирового шедевра) организуются специальные экспедиции, тратится много денег, пленки и усилий. Так брать или не брать с собой фотоаппарат? И что нужно сделать, чтобы съемка вышла за рамки обычного «щелканья» на память? Об этом мы побеседуем с профессиональным фоторепортером и туристом Михаилом Геллером.

- Начнем с того, что слово «туризм» за то время, пока я занимаюсь фотографией, наполнилось совершенно новым смыслом. Когда мы начинали, туризм подразумевал перетаскивание тяжелых рюкзаков на большие расстояния, которое было сопряжено с физическими и моральными трудностями, небезопасно, и, что главное — оставляло мало времени для занятий фотографией. Теперь это слово ассоциируется скорее с отдыхом (иногда — роскошным отдыхом), и этот, второй его вид оставляет гораздо больше времени на то, чтобы снять что-то интересное. (Надо сказать, что тот, первый вид туризма также продолжает существовать и развиваться.)
Тем не менее, многие сегодняшние успешные фотографы начинали свою деятельность именно в походах. Возможно, это было связано с тем, что в шестидесятые-семидесятые годы при советской власти любителю снимать было особенно нечего. Ну, да, родной город. Все, что возможно, отсняли. Друзья, одноклассники… И вдруг — нечто необычное, поход! К сожалению, цели и задачи такой фотографии на походе и замкнулись. Какова цель фотографа? В лучшем случае — получить всемирно известный шедевр. В среднем — выставочную картинку, которая будет висеть в фотоцентре Союза журналистов (хотя бы недельку), сможет быть опубликована или продана. Совсем другая цель — фотография, которая расскажет, как мы ходили под рюкзаками, куда и как мы лезли. В итоге огромное количество кадров, полученных в те годы — это карточки для туристического отчета. И очень немногие вырвались за эти рамки.

- Чтобы было яснее, почему в туристическом походе трудно снять что-либо стоящее, нужно пояснить, что же он из себя представляет.
- Под походом подразумевается преодоление определенного маршрута группой людей, объединенных едиными целями и задачами и имеющих за спиной тяжелые рюкзаки. Рюкзак в этом случае — средство достижения цели, однако жизнь он, мягко говоря, не облегчает. Основная проблема заключается в том, что вся деятельность каждого члена такой группы подчинена общему ритму, общему «нерву» похода. Если человек является простым участником, то у него остается очень немного времени и сил на то, чтобы фотографировать.
Когда снимать в таких условиях? Обычно на привале или стоянке. Соответственно определяется круг тем. Что снимать на привале? Как люди едят: одна пятая часть всех походных фотографий — люди сидят вокруг костра и пожирают гречневую кашу с тушенкой. Еще одна тема — люди лежат и отдыхают. Палатки, костер, роса на оттяжках, цветочки… Все это сфотографировано тысячи раз. А во время движения снимать трудно. Как правило, руководитель не озабочен тем, чтобы участники получили хорошие кадры. Ему нужно, чтобы был снят перевал А с точки В в направлении С, чтобы по возвращении домой все получили соответствующие справки о прохождении маршрута. Следовательно, в самых красивых местах группа не останавливается, и бедный фотограф вынужден, повернув свою кепку козырьком назад и отирая пот со лба, пытаться что-то снять прямо из-под рюкзака. Кстати, у руководителей положение обычно не лучше. За 35 лет моей туристской практики я только 5 лет ходил участником, а 30 — руководителем. И, тем не менее, почти ничего стоящего за все это время не снял. Хотя мог остановить группу в любой момент, а в конце концов нагло включил свою фотоаппаратуру в список общественного снаряжения. То есть никакие веревки, крючья и примуса я не нес, а нес свою технику, которая, кстати, килограммов на пятнадцать тянула. Но особого толку от этого не было. Что можно снять на ходу? Более-менее приличный вид местности. Будет ли этот вид являться пейзажем? Ответ очевиден: не будет. Потому что пейзаж — это вид местности, находящейся в определенном состоянии, и поймать это состояние крайне трудно. Обычно, когда оно наступает, туристы вынуждены «бороться за жизнь», а не фотографировать. Поэтому многие люди, начав снимать в походах, постепенно пришли к выводу, что необходимо устраивать специальные фотоэкспедиции. Или, по крайней мере, включать съемку в список задач похода — наравне с остальными важными задачами. В качестве примера могу привести Владимира Коваля (тоже начинавшего с туризма), который едет на точку и живет там полтора месяца, выжидая, когда лучик солнца упадет именно так, как ему надо. В результате он привозит три кадра, но таких, от которых все просто упадут.
Вообще у меня складывается впечатление, что во многих из нас фотограф проснулся после того, как мы перестали снимать в походах. Однако в туристических поездках, которые относятся ко второму типу туризма и обычно являются заграничными и проходят по примечательным местам, дело обстоит несколько по-другому.

- Как фотографировать в чужом городе? Увеличивается ли в этом случае вероятность зафиксировать что-то стоящее по сравнению с условиями похода?
- Предположим, что человек попал в какое-нибудь интересное место — например, в мою любимую Венецию. Можно условно выделить четыре способа съемки. Первый способ — фотографировать себя и своих спутников на фоне города. В лучшем случае получатся качественные карточки в семейный альбом, интересные только участникам событий. В этом смысле такая фотография смыкается с обычной походной. Второй способ — попытаться показать, как выглядит город. Снимать архитектуру, людей. Таким образом можно получить в лучшем случае фотографии для путеводителя. Третий способ — попытаться выразить свое впечатление от города, ощущения, с ним связанные. Это — задача более высокого плана и решаться она может людьми, которые уже владеют техникой фотографии, ее языком, и начинают потихоньку задумываться над тем, что же они хотят сказать. При таком подходе можно получить, если повезет, скажем, хорошие кадры для художественного календаря. И, наконец, четвертый способ съемки — это когда человек, фотографируя чужой город, снимает на самом деле себя. То есть он выражает свои чувства, с городом изначально не связанные, через виды этого самого города. Человек, которому грустно, снимет в любимом городе одно. Человек, которому весело — совсем другое. Не знаю, насколько разделяют эту мысль искусствоведы и другие фотографы, но, по-моему, любая хорошая фотография, независимо от жанра — это автопортрет.

- Хороший пейзаж, например,— это состояние природы. Причем здесь состояние фотографа?
- Это и состояние природы, и состояние фотографа. Потому что есть вещи, которые я снимать не буду никогда. Мне кажется, чтобы зафиксировать что-то интересное в городе, надо войти с ним в определенный резонанс. Как я снимаю Венецию? Беру с собой плеер с музыкой Вивальди, томик стихов Бродского. И, пока хожу по городу, все это в моей голове крутится — какие-то обрывки стихов, музыкальные фразы. Когда я вижу что-то, что резонирует с этим бубнением в голове… тогда и рождается кадр. Интересную вещь сказал кто-то из поэтов: стихи возникают в голове «по шуму». Сначала появляется некий неясный шум, из которого постепенно вырисовываются слова, предложения, а потом и весь стих. Между стихами и фотографией очень много общего — картинка также складывается в воображении постепенно. Из какого-то общего представления возникают композиционные соображения. Потом ты начинаешь подыскивать предметы, которые этим соображениям отвечают. Приведу такой пример. Однажды в Венеции мне приснился простой кадр: лодочка в левом верхнем углу, а снизу всевозможные отражения — более или менее отчетливые. Утром я пошел искать и нашел штук двадцать похожих лодок. Сфотографировал все — одна подошла. Резюмировать все, что я сказал, можно так: человек должен быть эмоционально подготовлен к встрече с городом. Я, например, не еду снимать в Прагу, о которой читал, что это — красивейший город на свете, что это чудо. Верю. Но лично для меня с Прагой ничего не связано, кроме Швейка, пожалуй, который не располагает к лирическим размышлениям. Поэтому я не думаю, что встречу там что-то, что позволит мне получить хорошую картинку — в лучшем случае, снимок для путеводителя, а это мне не очень интересно. А вот с Венецией у меня связано очень многое — это и музыка, и стихи, и фильмы. Это, наконец, мечта о «городе у водички», как называл Венецию Бродский, возникшая еще в детстве.
Кстати, любопытная штука: я читал Венецианские стихи Бродского задолго до посещения Венеции, и они казались мне вполне отвлеченными и не очень понятными общими соображениями «о жизни». А когда я попал туда, понял, что эти стихи являются, помимо всего прочего, детальнейшим описанием окружающей действительности. По ним можно водить экскурсии по Венеции, что я и делал какое-то время. Не правда ли, тут есть сходство с хорошей фотографией: полная документальность и при этом наличие художественного обобщения.

- Давайте вернемся к нашим походам. Предположим, что есть человек, который занимается туризмом, любит фотографировать (в частности, в походах) и хочет научиться делать это качественно. Как ему поступить?
- Давайте отделим мух от котлет. Он хочет научиться фотографировать или ходить в походы? Если речь идет о том, чтобы научиться фотографировать, то надо снимать все, что тебя на самом деле волнует, не ограничивая себя временем и местом. Кроме узости затрагиваемых тем есть еще одна причина, по которой походная съемка (если ограничиваться только ей) мешает развитию фотографа. Сколько раз за год человек ходит в большой поход? Как правило, два-три, не больше. Сколько катушек пленки расходуется за поход? Обычно около десяти. Можно ли научиться фотографировать, снимая тридцать пленок в год? Думаю, что нет. Снимать нужно много. И при этом желательно немедленно смотреть, что получилось, чтобы соотносить съемочные параметры с достигнутым результатом.
Главное, чему можно научиться — это понимание того, что ты хочешь сказать. Как сказать — это второе. Важно, есть у тебя, что сказать, или нет. Фотография — это такой же язык, как любой другой, со своей орфографией и синтаксисом, со своими выразительными средствами. Можно научиться сносно объясняться на каком-то языке, но нельзя научиться писать на нем прекрасные стихи — это или дано, или не дано. Если взглянуть на различные фотографические интернет-ресурсы, можно увидеть, что часть людей, начав с нуля, потом развивается стремительно. Первые фотографии — просто никакие, а через год смотришь — уже вполне, даже здорово… А есть такие, которые как снимали двадцать лет назад, так и сейчас снимают — невнятно, мутно, без идеи, без смысла.
Если вы хотите получить совет о том, как научиться фотографировать, я могу его дать — даже не один, а два. Первый — снимать только тогда, когда вы знаете, зачем вам нужен этот кадр. Я, например, не поеду в свой выходной день снимать на Арбат или в лес просто так. Я поеду куда-то, только если у меня будет какая-то идея, если я буду точно знать, зачем я еду. Второй совет: нужно фотографировать только то, что вы стали бы рисовать, имея в руках кисть и краски и зная, что на это у вас уйдет две недели. А если не стали бы — то и снимать не стоит. Вообще фотографа не должна смущать краткость творческого акта. Это не 1/125 секунды, а 1/125 секунды плюс вся предшествующая жизнь. Потому что я нажму кнопку именно в тот момент, к которому меня вся моя жизнь подвела. Многие фотографии выглядят так, как будто автор, закрыв глаза, направил объектив в произвольную точку пространства и нажал спуск. Почему человек именно ЭТО явил замершему в ожидании миру, он объяснить не может. Когда начинаешь его спрашивать, он говорит: «Ну, просто я…» Там, где начинается «ну просто» — фотография заканчивается.
Кстати, активно обсуждается вопрос названий. Нужно ли давать названия фотографиям, может ли название вытянуть неудачный кадр… Конечно, неудачный кадр оно не вытянет — это ясно. Но при этом я считаю, что названия своим картинкам давать нужно, особенно на стадии обучения. Причем, желательно до того, как нажать на кнопку. Если автор не может дать название своему снимку, это значит, что он сам не понимает, что и зачем снял.
Говорят: фотограф должен уметь видеть. Это, конечно, так. Но, более важно: фотограф должен уметь понимать, что он видит. В том немыслимом рисунке, в который складывается жизнь в каждый момент, нужно прочитать сюжет. Нужно разглядеть ядро ситуации, нечто, являющееся большим, чем простая сумма объектов — там, где большинство людей просто пройдет мимо. А увидеть — это не фокус.

Как это было…
С того момента, когда мы начинали, фототехника, как и туризм, изменилась и развилась. Сейчас человеку даже не обязательно знать, что такое выдержка и диафрагма, чтобы получать приличного качества кадры. Фотографировать стало проще — и в полевых условиях в том числе. Раньше все было совсем по-другому. Занимаясь спелеологией, мы снимали под землей фотоаппаратом «ФЭД». Стоя под водопадом или болтаясь на веревке, наугад устанавливали выдержки и диафрагмы, подсвечивая колесики налобным фонарем. Вспоминается фраза из руководства по подземной фотографии: «Если ваш объектив запачкался глиной, его нужно вылизать языком, потому что другого способа очистить его нет». Интересно, как сегодняшние инженеры фирмы Canon отнеслись бы к такому заявлению.
Передвигаясь с рюкзаком, фотоаппарат вешали на шею, засунув его предварительно в полиэтиленовый пакет. В пакете прорезалось отверстие под объектив, его края обклеивались пластырем, а сам пакет поворачивали входом к груди. При помощи такой конструкции можно было фотографировать в достаточно серьезный дождь, не опасаясь особенно за технику. Иногда на шею вешались сразу два фотоаппарата: один со слайдовой пленкой, другой с черно-белой. Они раскачивались в такт ходьбы каждый в своей фазе и периодически сдавливали шею с двух сторон — чудесные были ощущения. На крутом склоне камера, раскачиваясь, билась сначала о колено, а на обратном движении — о скалу. Чтобы этого не происходило, ее притягивали к себе резинкой, которая позволяла при этом поднять камеру на уровень глаз. Штатив делался из палки, которая втыкалась в землю. А сверху к ней крепился маленький штатив-струбцина «ФЭД» с фотоаппаратом.
При съемке под землей пленку и камеры таскали в пластиковых банках. Были такие банки, объемом литров десять, не помню уже, где мы их брали. В горлышко пролезал аппарат «ФЭД». Еще под землей были проблемы со светом. То есть, перезаряжать пленку было хорошо, потому что темно. А вот когда требовалось что-то осветить, возникали трудности. Сначала пользовались вспышкой (не помню, как она называлась) достаточно хилой с ведущим числом около десяти. Зато работала она от нехилой батареи «Молния» — такой штуковины, обклеенной дерматином, дающей напряжение 300 В. А под землей течет вода и всегда влажно. И вот, когда тебя по пальцам периодически долбает 300 В, полное удовольствие от съемки ты имеешь. Потом появились более мощные вспышки, «ФИЛ-106» и «ФИЛ-107». Ведущее число у них было тридцать с чем-то, и они оборудовались светосинхронизатором, то есть можно было от одной вспышки «поджигать» другие. Делали так: ставили фотоаппарат на штатив, открывали затвор. Фотограф подходил к стене, врубал вспышку — получалось пятно на стене с силуэтом человека. Так, переходя от одного места к другому, десятью вспышками можно было осветить весь зал. Сам фотограф пользовался для ориентации в пространстве слабеньким фонариком. Иногда в залах расставляли свечи, а важные места дополнительно подсвечивали вспышкой. Вообще, съемка под землей представляет собой интересный гибрид походной и студийной съемки: с одной стороны, нужно уметь работать со светом, правильно его расставлять, с другой — условия вокруг совсем не студийные. И, конечно, такая съемка требовала много времени — обычно спуск специально «забивался» на то, чтобы пофотографировать. Разумеется, во время штурма пещеры об этом не могло быть и речи. В общем, трудности были, но они решались. Получить резкий и правильно экспонированный кадр удавалось почти всегда. Правда, результат редко имел отношение к художественной фотографии.

Постоянный адрес страницы: http://www.fotodelo.ru/?t=b7zY2M111877t6KskN9200