Особенности фотосъемки при низких температурах |
| 11.06.2008 |
Юрий Транквиллицкий — живая легенда отечественного фотобизнеса, выпускник ВГИКа, кинооператор по образованию. 33 года (с 1953-го по 1986-й) он проработал пишущим корреспондентом главного журнала страны «Советский Союз». От издательства «Правда» Юрий Николаевич много раз принимал участие в полярных экспедициях, исколесив русский Север от Кольского полуострова до Чукотки. Окрестности Андермы, бухта Тикси, Якутия и Магадан, побережья Анадырского залива, Берингова и Чукотского морей неоднократно «позировали» этому известному фотографу. Фотоснимок северных ездовых собак, сделанный мастером на Чукотке в 1961 году, попал в английское ежегодное издание «Лучшие фотографии мира», а Монголия наградила Транквиллицкого Орденом Полярной звезды — за серию иллюстрированных публикаций о своей стране в российских журналах.
Одно из любимых увлечений прославленного мэтра отечественной фотографии — ездить со своими работами по разным странам. Кроме Австралии он побывал на всех континентах и провел более 20 фотовыставок по всему миру (профессионалы знают, какой огромный труд скрывается за этим фактом). С 1986 года Ю. Н. Транквиллицкий преподает фотокомпозицию во ВГИКе и пишет книгу «Высшее фотографическое мастерство».
 - Как Вы решились на этот крайний экстрим, Юрий Николаевич? Русской зимой, когда, по народной пословице, хороший хозяин собаку на улицу не выгонит, не всякий фотограф отважится провести фотосессию даже при небольшом морозе, а тут — Заполярье!
— Партия сказала — «надо», комсомол ответил — «есть»! (Улыбается.) А вообще русский Север оставил неизгладимый след в моей душе и в памяти. Если студийная съемка — мероприятие своего рода «тепличное», когда можно не спеша выставить свет, подготовить модель, то Север не место для сантиментов. Однако все же — место для экспериментов, что мне неоднократно удавалось доказать! В 1961 году я был первым профессиональным фотокорреспондентом, командированным советским печатным изданием на Чукотку. Моей задачей было создание обзорного репортажа об этой terra incognita. А так как у большинства населения не было по тем временам ни малейшего представления о том, что же такое Чукотка, никаких редакционных заданий и специальных рекомендаций у меня не было. «Что снимешь, за то и спасибо» — полная свобода творчества! Так, впервые в истории советской журналистики, я сделал очерк о «крае вечной мерзлоты».
 - Как это осуществлялось технически?
— Съемки проходили при крайне низких температурах (до минус 45° по Цельсию), когда трудности по добыванию хорошего кадра усложняются в несколько раз. Самым нелегким делом было перезарядить пленку. На сильном морозе это фактически невозможно. Вся камера промерзает, фотограф не в состоянии снять рукавицы без того, чтобы сразу не обморозить пальцы. Поэтому я носил с собой 5 фотоаппаратов и снимал ими по очереди.
Фотоаппараты у меня были такие: российский «Старт» — плохой, часто отказывал, «Киев» — чуть лучше, Leica — к этому претензий никаких, напротив, работал безотказно в любую погоду, «Rollei Flex» (тоже хорошо себя проявил) и еще какой-то наш… Утром я прятал под тулуп все свои камеры и нырял на улицу, как морж в ледяную прорубь! Отщелкав несколько кадров одной из камер, клал затем ее в кофр на полное замораживание, брал следующую.
 - Какие еще трудности подстерегают фотографа на морозе?
— На сильном морозе фотографа ожидает много неприятностей: порой трудно открыть глаза — смерзаются ресницы, не говоря уже о таких банальных происшествиях, как простуда, переохлаждение, обморожение. Один раз я обморозил нос до такой степени, что через два дня снял с него всю кожу — широкой полосой, как лейкопластырь, и положил в записную книжку — на память.
При минус 20° и ниже может замерзнуть шторка (есть фотоаппараты с центральным затвором и есть «шторные»). Если прорезиненная шторка замерзнет, она просто полопается, придет в негодность. А чинить негде и нечем. Отогреть же за пазухой уже замерзшую камеру — очень большая проблема. Можно запросто получить воспаление легких — представьте себе этот кусок ледяного, замороженного металла!
 - Неужели ничего нельзя было придумать для обогрева аппаратуры?
— До сих пор в мире не придумано никаких приспособлений для съемок на морозе. Разными производителями делались попытки создать специальное подогревающее устройство для камер, но в серийное производство такие аппараты не вышли из-за отсутствия массового спроса. Некоторые используют специальный кофр или бокс с подогревом, но мы в те времена ничем подобным не пользовались. У нас был такой способ эксплуатации:
Вообще, фотограф в условиях мороза сильно ограничен в своих возможностях — вместо того чтобы ловить редкий кадр и нажимать на спуск, он вынужден думать, доставать или нет фотоаппарат — щелкнуть или еще подождать? А вдруг будет что-то еще более интересное?! Не говоря уже о том, что идет постоянная борьба за жизнь и здоровье. Как маузер из кобуры, он молниеносно вырывает из-за пазухи фотоаппарат и быстро нажимает на спуск! Запас тепла, вынесенный из гостиницы и спрятанный под тулуп, Моя командировка на Чукотку длилась 45 дней, а проявлял и печатал пленку я уже в Москве. К тому времени я закончил институт кинематографии и, будучи кинооператором по профессии, имел 25-летнюю практику и хорошо представлял себе, что должно получиться на пленке.
 - Какую пленку Вы использовали при съемке на Севере?
— Пленки были черно-белая А2 и цветная ДС-2. Обе отечественного производства. Не очень качественные, но для того времени вполне приемлемые. На Чукотке очень обманчива установка экспозиции: через это «молоко» — речь идет о характерном тумане, который постоянно разлит в воздухе,— проходит довольно много света, поэтому можно ошибиться и переэкспонировать. Каждый кадр требует своей экспозиции, разумеется.
 - Что привлекало Ваше внимание как художника?
— Сюжеты приходилось снимать самые разные. Как люди живут и работают в условиях вечной мерзлоты, на жутком морозе, с частыми метелями. Причем скорость ветра при этих метелях такая, что валит с ног крепкого мужика (что уж говорить о женщинах или детях),— до 80 м/с! Вдоль домов натянуты прочные канаты, и при буране люди передвигаются от дома к дому, держась за них. Тем не менее Чукотка — место не только для документальной, но и для художественной съемки. Почти все мои фотографии имеют скрытый контекст. Их нужно домысливать. Например, есть у меня кадр, где мужчина перешагивает через волейбольную сетку, которую занесло почти полностью. По этому кадру можно судить о высоте снежного покрова. А еще — лица людей с обледеневшим воротником капюшона, с сосульками на бровях и ресницах, и такие же «замороженные» собаки… В целом особенности северного пейзажа таковы: все белое! Поэтому желательно на передний план при съемке взять что-нибудь темное в кадр — человека, столб или угол дома — от чего-то черного идти к белому. Но это не обязательно. Я никаких рецептов не выдаю, призываю фотографов к экспериментам. Впрочем, цвет на Севере тоже бывает! Ярко-красные закаты, разноцветные куртки пилотов на белом снегу… Введение цвета в кадр может быть очень желательно. Когда все занесено снегом, нужно искать тональный контраст, иначе все будет очень «разбелено» и глазу на фотографии будет не за что зацепиться.
 - А всякие приспособления, традиционно используемые при съемках, воспринимались Вами на Севере уже как излишество?
— Да, было не до изысков. Установка штатива, смена фильтров — все это дополнительно усложняет и без того непростой процесс съемок. Какой объектив надел с утра, тем и снимаешь весь день. Сменить его на улице опять же нереально. Можно, конечно, постоянно забегать с мороза в теплое помещение, но тут другая проблема: объектив запотевает, и съемка становится невозможной! Такой вот заколдованный круг.
 - Где еще, кроме Чукотки, съемка осложнялась атмосферно-погодными условиями?
— На Кольском полуострове тоже приходилось много фотографировать. Там своя специфика — полярная ночь. Если светили фонари (в Мурманске, например), то можно было проводить уличную съемку, а если территория не освещалась — опять проблема. Фотовспышки рано или поздно выходят из строя, кроме того, вспышка высвечивает только передний план, на три метра. А то, что расположено за снимаемым объектом, остается в тени.
 - Как Вы справлялись с этой задачей — съемкой при слабом освещении?
— Для того чтобы произошло экспозиционное покрытие кадра, нужно было «добавить огней» второй экспозицией или применить всякие хитрые насадки. Я использовал свои личные изобретения, подключал индивидуальное творчество. Например, из дамских капроновых чулок вырезал кусочек ткани, наклеивал на рамку, получалась сеточка. Ее можно было проредить — выдернуть несколько капроновых волокон, а можно было оставить без изменений. Потом это приспособление давало интересные эффекты — лучи, например. Еще один способ — мазнуть вазелином крест на стекле. Потом, двигая эту насадку, в процессе съемок от каждого фонарного столба можно было получить дополнительные лучи, что в условиях недостатка света для экспозиции имеет большое значение. При этом еще преследуется какой-то художественный эффект. Можно сделать так, что фонарь будет ореолить, увеличится по размеру… Вообще, проводить съемку с различными оптическими средами весьма интересно. Всякий фотограф может вводить их в поле зрения объектива и добиваться подчас совершенно неожиданных результатов. Фотография не является стопроцентным документом, отражающим реальную действительность, хотя бы потому, что это изображение на двухмерной плоскости трехмерного мира. На фотоснимке нет глубины, она создается за счет чего-то. Угла зрения объектива, например, подчеркнутой перспективы. Эта же особенность фотографии открывает широкие возможности для экспериментов.
 - Чем завоевала Вашу симпатию Leica?
— Эта камера очень качественно сделана, в отличие от отечественных фотоаппаратов. Наша оптика была всегда неплохая, но сам процесс сборки оптической техники, к сожалению, оставлял желать лучшего, механика сильно отставала от импортных аналогов. Отечественные ФЭД и «Зоркий» — это копия старых моделей «Лейки», но очень плохо сделанные. Поскольку советская промышленность всегда исходила из установки сделать товар как можно более дешевым, мало тратилось средств на качественную обработку деталей. Как результат — туго крутящиеся колесики, заусеницы на зубчиках шестеренок. При сборке на конвейере советским работницам лень было лишний раз дунуть грушей, чтобы очистить детали от пыли и металлических опилок. От этого туго взводился затвор, тяжело продвигалась пленка.
Известно ведь, что камера должна соответствовать определенным нормам: затвор аппарата обязан, к примеру, сработать 100000 раз. Так вот, наши фотоаппараты разваливались на 20000! Сейчас у меня тоже Leica. Она самая дорогая в своем классе, и это не случайно, поскольку, доказано на практике,— самая надежная. На немецком заводе не ленятся обкатать каждую шестеренку в растворе типа пасты Гойи со специальной матрицей, придающей четкий рисунок каждому зубчику. Ведь фотоаппарат — это высший класс техники, и по тому, как развита эта индустрия, можно говорить в целом об уровне развития промышленности в стране.
 У нас же была установка на дешевизну и, значит, доступность. Фотоаппарат «Смена» (который в экспортном варианте назывался «Амбассадор») стоил в Англии примерно столько же, сколько две кружки пива! На качестве мы проигрывали уже тогда, а сейчас, увы, отстали еще больше. Ну не рентабельно отечественной промышленности делать высококлассную аппаратуру, это дорого! А брэнды раскручивать — тоже дело не одного дня, и вложения средств это требует немалых. Российских же покупателей уже приучили к тому, что фотоаппарат должен быть дешевым. Из более простой аппаратуры у меня есть Оlympus. Эта «мыльница» дает отличное качество, я специально купил ее для бытовой съемки. Она очень легкая, с огромными возможностями. Вообще я считаю, что любой фотомастер должен подобрать себе линейку аппаратуры и использовать ее в разных целях.
— И как выглядит ваша линейка?
— Во-первых, как я уже сказал, Leica M3. Этому аппарату около 35 лет, и до сих пор не понадобилось ни одного ремонта, отлично работает! Затем Оlympus, узкопленочный Rollei Flex, Asahi Pentax и другие. Всего штук десять фотоаппаратов. Беру их с собой в зависимости от цели съемки. Цифровыми не пользуюсь, поскольку 50×60 — выставочный размер — пока еще не очень хорошо получается «цифрой». Но я жду. Техническая революция в фотографии почти завершилась, и многие редакции СМИ уже перешли на цифру, ведь это удобно — сразу исключается весь лабораторный процесс.
— Какую пленку предпочитаете сегодня?
— Меня устраивает наша черно-белая пленка А2 и Kodak 3Х, а из цветных — все же Kodak. Я люблю ее больше всего. В ней мне нравится прежде всего цветопередача и то, что она универсальна. Последние 30 — 40 лет в самых разных ситуациях пленка Kodak меня ни разу не подводила.
— О чем будет Ваша книга, Юрий Николаевич?
— Книга будет исключительно о творчестве. Никаких советов по технике, никаких практических рекомендаций! Ведь главное в нашем мастерстве — тонко чувствовать настроение момента, уметь поймать ускользающее, мимолетное и запечатлеть его. Фотография отражает действительность и в то же время — преображает, изменяет ее в соответствии с концепцией фотографа. Фотоискусство — наилучший способ для человека выразить свою индивидуальность и донести ее до широкой аудитории.
Практические советы фотолюбителям при съемке на морозе
 - никелевые батарейки предпочтительнее литиевых — они лучше сохраняют работоспособность при низких температурах. Не забудьте взять с собой запасной комплект, поскольку на морозе срок действия батареек сокращается.
— в процессе зимней фотосъемки системы экспонометрического замера фотоаппаратов считают, что перед ними находится серая поверхность с коэффициентом отражения = 18%. То есть если в кадре только снег, он получится на снимке серым, поскольку автоматика решит, что перед ней серая поверхность, и сделает так, чтобы и на снимке поверхность была серой, то есть недоэкспонирует этот кадр. Поэтому необходимо увеличить экспозицию на 1–2 ступени, но только в случае, если снег занимает практически все пространство в кадре!
— не рекомендуется долго держать камеру на сильном морозе. При морозах ниже 20 градусов по Цельсию есть немалая вероятность, что «умрет» ЖК-дисплей (вне зависимости от производителя).
— фокусировка на морозе может сбиваться по причине температурных сжатий/расширений. Существуют данные, что сфокусированный на бесконечность штатный объектив (фокусное расстояние 50 мм) при морозе в 30 — 40 градусов может на самом деле быть сфокусированным на 3 — 5 метров.— на морозе запотевают внутренние оптические элементы, стеклышко видоискателя может моментально покрываться инеем, а пальцы вообще могут приклеиться к металлическому корпусу камеры. Поэтому один из вариантов для зимней съемки — тонкие перчатки с отрезанными кончиками пальцев, одетые под обычные теплые варежки.
— нужно учитывать, что чувствительность фотопленок на сильных морозах снижается. | | Беседу провела Наталья Шляпникова | | Постоянный адрес страницы: http://www.fotodelo.ru/?t=foYk8z120750ZgKZ322770 | |
Если Вы хотите заказать свадебное фото, фотостудию, репортаж, съемку интерьеров, портрет или другие услуги профессионального фотографа, звоните по телефону +38 067 764-64-23.
Также, Вы можете оформить заказ, заполнив специальную форму на сайте в разделе Контакты
|
